Понимая, что проблема с безнравственным обидчиком из коринфской церкви разрешена, Павел обнаруживает новую проблему. На этот раз она касается влияния лжеапостолов, появившихся среди них. До этого времени, они вели себя довольно тихо, но когда истинная проблема разрешилась и они почувствовали, что, вероятно, в церкви снова будет принята власть Павла, они начали более открытую атаку против него. На этот раз в опасности оказались репутация Павла и успех его служения в этом регионе.


Комментарий: Было бы интересно увидеть, как Павел справился с этой проблемой.


В этой пятой лекции мы рассмотрим, как Павел подходит к ее решению.


Новый кризис (10:1–13:14)


Когда мы подходим к этой части послания Павла, мы чувствуем явное изменение в тоне, с которым он обращается к коринфянам. До этого момента, Павел старался придерживаться примирительного настроения, ища мира с ними после того, как они подняли проблему человека, виновного в безнравственности. В итоге, церковь приняла совет Павла и наказала этого человека. Затем Павел сказал им сделать все возможное для восстановления этого человека, после его покаяния, чтобы сатана не отобрал у них еще одного члена общины. Тем не менее, в прошлый раз обидчик мог быть вооружен для своей атаки на Павла, групой людей, которые до сих пор вели себя довольно тихо, надеясь, что обидчик будет делать их грязное дело против Павла. Когда подобный план провалился, они организовали свое собственное наступление на Павла, и, похоже, убедили церковь стать на их сторону. Вот почему в главах 10-13 Павел отвечает им в совершенно другой тональности.


Мы можем видеть незрелость общины в Коринфе. Во-первых, они были не в состоянии действовать в явно аморальной ситуации и нуждались в серьезной поддержке Павла для того, чтобы взять на себя ответственность за нее. Теперь они с легкостью колеблются под влиянием лжеапостолов, и демонстрируют негативное отношение к Павлу просле всего того, что он для них сделал. Зная Павла, он бы заложил прочное основание для их веры, во время своего пребывания с ними. Очевидно, они не делают большой привилегии тому, что им было дано, и, поэтому, они легко колеблемы теми, чью риторику они нашли неотразимой.


Большинство современных комментаторов интерпретируют данные 4 главы, как часть «строгого» послания Павла, написанного либо до написания Второго Послания к Коринфянам 1-9, либо, возможно, после него.
Вопрос: Кто же были эти люди, пытавшиеся выдать себя за лидеров коринфской церкви?


Они являлись иудейскими христианами, выдающими себя за апостолов Христа. Они произносили красноречивые речи, зная о любви греков к риторике. Они стремились поддержать—свой!—авторитет и гордились своими видениями и откровениями. Они также утверждали, что апостол должен демонстрировать знамения, совершая какие-нибудь могущественные вещи. Они постепенно вошли в коринфскую церковь и уже давно требовали единоличной власти в церкви. Для того чтобы достичь этого, они должны были упразднить Павла, так чтобы всякое предыдущее влияние, которое Павле имел в церкви, было разорвано и они могли бы установить собственное господство в церкви.


Это является общей проблемой в христианских церквях. Многие пасторы имеют сильное Божье призвание служить Божьему стаду и жертвуют многим, чтобы исполнить это призвание, несмотря на противодействие, препятствия, непонимание, искажение фактов и даже клевету. Тем не менее, есть люди в служении, которые рассматривают церкви как арену для самоудовлетворения и для осуществления власти над людьми. Именно такой случай был в Коринфе.


Павел не уклоняется от них и это приводит его к тому, что он сам называет своим «неразумием», так, как ему приходится оправдываться перед обвинениями этих людей, которых он называет лжеапостолами, «лукавыми делателями и орудием сатаны». Он говорит коринфянам, что он намерен в третий раз идти к ним. А пока он готовится утвердить среди них свою полную власть, как апостола, разбираясь с этими людьми, он все же предпочитает, чтобы коринфяне сами разобрались с этой проблемой, чтобы ему не пришлось демонстрировать власть, данную ему Христом к созиданию, а не к разорению.


Павел настоятельно умоляет их действовать (10:1–6)


Павел, как их духовный отец, просит их «кротостью и снисхождением Христовым». В древней Греции снисходительность и мягкость высоко ценились. Судья, желавший продемонстрировать снисходительность, вынося приговор осужденному, смягчал наказание относительно того, что было установлено законом. Однако Павел ссылается на кротость и снисхождение Христа, Который не ослабил требования Божьего закона, но кротко и с состраданием общаясь с грешниками, тем не менее, не преуменьшил их грехи. Таким образом, Павел обращается к коринфянам в свете кротости Христа.
Прежде, чем говорить коринфянам чего он от них ожидает, он обращает внимание на критику относительно своего поведения, которая вероятно исходит от «лжеапостолов». В своих посланиях Павел был тверд, когда его не было рядом, но, встречаясь с ними, он был скромен и мягок. По их словам Павел был таким, потому что он не был человеком власти—таким как они!


Павел просит их не вынуждать его показывать свою власть—по крайней мере, по отношению к ним—таким образом, как он будет проявлять ее по отношению к тем, кто огорчает их. Люди, создающие неприятности, обвиняют Павла в том, что он нечестен и корыстен вместо того, чтобы быть сильным и властным. Павел считается с этим аргументом, говоря: «Ибо мы ходя, во плоти, не по плоти воинствуем». Однако, «Оружие воинствования нашего не плотские, но сильные Богом на разрушение твердынь». В этом контексте, Павел не поясняет, что он подразумевает под «оружием воинствования», но по другим ссылкам мы можем предположить, что он ссылается на проповедь Евангелия. (1Кор 1:17–25; 2:1–5; 2Кор 4:1–6).


Слово «твердыня» в Новом Завете употребляется только один раз, и только в этом отрывке. «Замыслы», которые разрушает Павел—это «твердыни», которые люди строят внутри себя, чтобы защититься от «познания Божия». Другими словами—способные к рассуждению люди восстают против Евангелия. Возвещая Евангелие, Павел не просто проповедует, он вовлекает, аргументирует и убеждает своих слушателей, в попытке сдвинуть любые препятствия стоящие на пути принятия Евангелия.


Вопрос: Разве это не является попыткой делать труд Святого Духа?


И хотя обращение человека непосредственно связано с работой Святого духа, Павел считает, что с человеческой точки зрения, на пути веры существуют препятствия, которые есть у некоторых людей, и которые возможно разрушить рациональными доводами. Людям нужно показать слабые места в их системе убеждений, и таким образом подготовить их к принятию истины.


Когда защита сломлена, следующий шаг битвы включает в себя пленение каждой мысли, для подчинения Христу. Так же, как до обращения, понимание людей было в плену у внешнего влияния, теперь же оно должно быть пленено Христу, Его Слову и воле. Это находится в соответствии с призванием Павла, которое должно было привести все народы к послушанию вере (Рим 1:5). Это также видно и из Великого поручения Христа, когда Он заповедал Своим апостолам учить новообращенных соблюдать все, что Он повелел им (Мф 28:20).


Комментарий: Так что не достаточно просто сказать, что мы верим во все эти вещи об Иисусе Христе. Если мы действительно верим, то мы таже будем желать повиноваться тому, о чем мы говорим и во что мы верим. Как сказал Иаков: «Вера без дел мертва».


Лжеапостолы могли завоевать успех, что они и сделали в коринфской церкви, только при условии непослушания, либо при наличии нерешенных проблем верующих в Коринфе. Однажды с подобной ситуацией эта церковь справилась сама, но теперь Павел готовился придти и встретиться с зачинщиками более серьезной проблемы.


Вот почему Павел говорит, что он уже готов придти к ним и наказать всякое непослушание, но прежде, они должны были показать свое послушание, поступая правильно.


Вопрос: О каком же непослушании говорит Павел?


Вероятно, он ссылается на неправильное представление об евангельской истине, имевшее место в церкви в результате влияния «лжеапостолов», которые были лукавыми слугами сатаны (11:13–15). Послушание коринфян было бы «полным», если бы они отвергли этих учителей и их учение, а сами бы отделились от них, позволив Павлу самому разобраться с ними когда он придет.


Павел отвечает на критику в свой адрес (10:7–11)


Вопрос: Каковы были основные критические замечания, которые лжеапостолы выдвигали против Павла?


Павла критиковали по двум пунктам: 1) Павел не был истинным служителем Христа, а они были (ст.7–8), и 2) в то время, когда его послания имели вес и были сильны, в личном присутствии он был слаб и не мог сказать ничего стоящего.


Несмотря на плохое состояние здоровья, Павла с трудом можно было бы обвинить в физической или моральной слабости, зная о постоянных путешествиях через трудные местности и опасные районы. Тем не менее, лжеапостолы обвиняли его в этом, и кажется, что некоторые христиане верили им. Мы знаем на примере политиков, что временами ложь может быть сказана довольно нахально, зная, что некоторые люди будут верить им. Для Павла теперь наступило время выступить против этих лживых обвинений. Есть моменты, когда личные выпады должны быть поглощены и не отвечены, но в данном случае это было важно для духовного здоровья церкви, чтобы неправильный источник «авторитетности» подвергся воздействию; и, чтобы это произошло, Павел должен был решить вопрос с выдвинутыми против него обвинениями.
В ст.7 Павел говорит: «Посмотрите на то, что для вас очевидно!» (Перевод с английской версии. В Синодальном переводе этот стих звучит следующим образом: «На личность ли смотрите?»). Давайте представим, что эти люди правы, говоря, что они Христовы (Павел опровергнет это позже) —так же, как и мы, говорит Павел. Это должно было быть очевидно для коринфян. Вероятно, Павел не говорит, что если эти люди думают, что они христиане, то и мы тоже (т.е. апостолы). Скорее всего, это его апостольство, которое оспаривается этими самозванцы. И если эти люди могут назвать себя апостолами, говорит Павел, то мы тем более. Фактически, церковь в Коринфе существовала благодаря служению Павла. Кому они собираются верить?


Возможно, эти самозванцы говорили, что Павел слишком гордится своей властью, но когда появляется настоящая проблема, он убегает. Ответ Павла следующий: «Ибо если бы я и более стал хвалиться нашей властью—(вероятно ссылаясь на его «строгое» послание)—то не остался бы в стыде». Придя к ним, он употребит такую же власть по отношению к ним, какую он выражал в своих посланиях. И это докажет, что он довольно последователен в своих действиях.


Власть апостола была очень важна для Павла. Он чувствовал ответственность не только за образование церкви в Коринфе, но также и за ее рост. Ранее, в посланиях Фессалоникийцам, он видел себя «матерью» и «отцом» этих церквей. Другими словами, родителем, который нес ответственность перед Богом за формирование своих детей во Христе. Будучи апостолом Христовым, он также ожидал послушания, но основание для этого послушания до сих пор еще не в полной мере появляется в его общении с ними.


Скромная похвала (10:12–18)


Павел высмеивает своих гордых оппонентов, сравнивающих себя друг с другом. Его же личная похвала, находится в определенных рамках. Он может хвалиться лишь тем, чего, по благодати Божией, он достиг в тех областях, которые дал ему Бог.


Вот критерии, которые использовали его противники:
1. Впечатляющее присутствие с властным голосом и сильной речью (10:1, 10; 11:20–21).
2. Просьбы о содержании за служение (11:7–11).
3. Потомственное еврейское происхождение (11:21б–22).
4. Необычные духовные переживания (12:1–6).
5. Проявление признаков апостола (12:12).
6. Демонстрация силы и власти (11:19–20), как доказательство того, что Христос говорил через них.


Используя такие критерии для осуждения истиного служителя Божия, эти противники были «неразумными», говорит Павел. Он продолжает, говоря: «А мы не без меры хвалиться будем, но по мере удела, какой назначил нам Бог в такую меру, чтобы достигнуть и до вас».


Вопрос: О какой же мере говорит Павел?


Вот несколько истолкований того, что имел в виду Павел, и вероятно все они являются частью того, что он должен был сказать.

  1. Это могло относиться к географической области, вверенной ему Богом. Греческое слово «канон», переведенное как «мера» (ст.13, 15) и «удел» (ст.16), в оригинале применялось по отношению к заранее указанному району, в котором местное общество несло ответственность за обеспечение ослами и повозками, в качестве общественного транспорта, проезжавших через этот район римских чиновников.
  2. Лжеапостолы отказывались принять любой объективный стандарт обвинений, и не признавали благодать Божию, делая акцент на человеческих возможностях и талантах. Павел, напротив, всегда признавал Божию благодать, как в своем обращении, так и в своем призвании. И если бы он и хвалился, то эта похвала была бы в определенных пределах, простертых перед ним, т.е. в пределах определенного курса, отмеренного ему на его жизненном пути. Он оставался на пути, который в его жизни и служении назначил ему Бог, тогда, как лжеапостолы посягали на его путь, и хвалились результатами того, что по благодати Божией, принадлежало Павлу.
  3. Не Павел, а лжеапостолы превозносили себя. Греческий язык очень живописный. В подлиннике используется слово близкое по значению к русскому «тянуться», предполагая, что они как бы стояли на цыпочках, пытаясь дотянуться до чего-то, что определенно было выше их понимания. Желанием Павла было видеть, как возрастает вера коринфян и «удел среди них», чтобы Евангелие могло быть проповедано за пределами их земли. Присвоение себе чужих заслуг приводило истинные цели Евангелия к обратному результату. Вот почему для распространения Евангелия по всему остальному миру так важно было решить проблему с коринфянами. Прежде чем христиане могли взять на себя служение остальному миру, им были необходимы правильные взаимоотношения с Богом и определенное понимание сущности Евангелия.

Возможно, Павел хотел, чтобы его читатели поняли его мысль в широком смысле. Он завершает данный отрывок словами: «Хвалящийся, хвались о Господе». Вот та допустимая гордость, которую могут иметь Божьи служители. Она заключается в том, чего Бог дает им возможность достичь, но в итоге, истинное основание для христианской хвалы—это привилегия знать Бога лично. Должно быть, Павел опирается на то, что сказал Иеремия в 9:23–24, где мудрым, сильным и богатым сказано не хвалиться своими временными преимуществами, а хвалиться тем, что они знают Господа.


Когда человек начинает хвалиться своими талантами или достижениями, становится очень легко опуститься до хвастовства. Вместо этого, говорит Павел, мы должны искать похвалы от Бога. Мало значит, что кто-либо думает о самом себе или другие думают о нем. Самое важное, что думает о нем Бог.


Доверчивость коринфян (11:1–6)


Павла тревожило, что умы коринфян были отвернуты от посвящения Христу и Евангелию в том виде, как оно было проповедано Павлом. Они поверили лжеапостолам, которые ставили под сомнение послание Павла и учили другому евангелию.


Павел только что закончил говорить, что не человек должен хвалить себя, но Бог должен его хвалить, однако теперь Павлу приходится сосредоточить все силы, чтобы защитить себя от обвинений своих противников. Он уже почти готов составить список своих полномочий, и это настолько противоестественно его личным желаниям, что он ссылается на это, как на неразумие. Он делает это в свете обвинений выдвинутых против него, и того, чему поверили коринфяне.


Павел чувствовал Божию ревность за верующих в Коринфе, ибо это он обручил ее единому мужу — Христу. Добавляя слово «единому», Павел, вероятно, подчеркивает, что лжеапостолы представили коринфянам другого Иисуса, и, таким образом, были виновны в духовном прелюбодеянии. Такая измена, особенно в аморальном коринфском обществе, должна была стать мощным напоминанием христианам, что такое предательство принадлежало их языческому прошлому. Павел очень хочет, по своему возвращению, представить их Христу, как непорочную деву.


Будучи слугами сатаны, лжеапостолы были очень хитрыми. Коринфянам нужно было поставить под сомнение их искренность. Чтобы помочь им сделать это, Павел точно указывает на источник коринфской проблемы. Он говорит им, что любой приходящий к ним, имея талант оратора или имея достижения философа, будет принят коринфянами как мудрый человек. В то время, когда эти качества высоко ценились в языческом мире, лжеапостолы представили другого Иисуса…другого духа…другое евангелие, и…церковь принимает это!


Вопрос: Означает ли это, что христиане должны отвергнуть мудрость?


Павел не выступает против мудрости, но он против осуществления мирской мудрости. Мудрость в Библии ценится высоко. Все, что нужно сделать, чтобы понять это—прочитать книгу Притч. Мудрость, на которую опирается мир, однако, приходит из совершенно иного источника, и имеет совершенно иной взгляд на мир. Позиция лжеапостолов была несовместима с сутью истинного Евангелия. Павел, напротив, показал им Евангелие во всей его полноте.


Ирония Павла доходит до своей самой горькой формы, когда он спрашивает коринфян, согрешил ли он, унижая себя, чтобы они могли быть возвышены, потому что проповедовал им Евангелие бесплатно. В соответствии с нынешней философией, стоимость человеческого послания измеряется в том, какую цену он за него попросит. Основываясь на этом, послание Павла вообще не стоило внимания. Они не понимали, что подход Павла полностью соответствовал евангельскому посланию, т.е. «хотя Он (Иисус) будучи богат, обнищал ради вас, дабы вы обогатились Его нищетою» (2Кор 8:9). Павел верил, что жизнь человека, его отношение и подход к служению, должны отражать это послание и его дух.


Теперь Павел сравнивает себя со своими противниками. Он говорит, что у него «нет недостатка против высших Апостолов». Его обвинители выставляли себя тем, что были превосходными ораторами, и Павел признает, что возможно у него и нет этого, но зато у него есть нечто, что намного превосходнее таланта оратора; это дар познания. Под этими словами Павел подразумевает, что ему дано познать тайну Евангелия, т.е. то, чего его противники абсолютно лишены. Если бы они правильно понимали Евангелие, они бы никогда не стали превозносить себя и не исказили бы истинного Евангелия. Павел был настолько обеспокоен о знании Евангелия, что он объяснял им его очень ясно, в течение полутора лет, которые он провел с ними, когда приходил к ним первый раз.

Вопрос финансирования (11:7–15)


Павел имел особое отношение к финансированию церковью в Коринфе. Он уже довольно ясно показал в 1Кор 1–9, что, будучи на службе у Бога, слуга имеет право получать оплату за свою работу. Однако, это право, о котором Павел не просил, чтобы никто не подумал, что он на обеспечении у других. В других местах, таких как некоторые церкви Македонии, он, не колеблясь, принимал финансовую поддержку.
Вопрос: Итак, почему же он отказался принять поддержку от коринфян?


Отношение Павла к финансовой поддержке не всегда было одинаковым, в зависимости от места. В ситуации с коринфянами он чувствовал, что принять поддержку, значит поставить преграду на пути Евангелия. Похоже, что Павел отказывается принять поддержку от общин, которым он служит в это время, независимо от тяжести, и у него должно была быть на это причина. Вероятно, это был один из его принципов, чтобы воздержаться от всех человеческих обязательств, о которых он упоминал раньше, так чтобы он мог быть верен посланию и чтобы он не изменил его для удовлетворения своих слушателей, потому что они его поддерживали. Как мы увидим дальше, в ситуации с коринфянами это было особенно важно.


Утверждение Павла снова основывается на контрасте между его поведением и методами его противников, которые, по своему прибытию в Коринф, потребовали полной финансовой поддержки, пока они распространяли ложь о Павле.


Павел дает торжественное обещание, что его похвала, заключающаяся в том, что он делает Евангелие доступным для них бесплатно, не останется без внимания. Его конкуренты заявляли, что Павел поступал так, потому что не любит их. На самом деле он любил, и эта любовь стала поводом для того, чтобы посвятить всю свою жизнь служению Иисусу Христу, и он был готов к тому, чтобы Бог рассудил это. Его методы служения полностью соответствовали сути Евангелия. Если бы его оппоненты были искренними относительно своей миссии, они должны были быть готовы воздержаться от финансовой поддержки. Но, если они не были готовы сделать это, тогда он тоже не готов попадать в их ловушку, принимая материальную помощь от коринфской церкви.


Однако это нежелание принимать от них деньги привело к следующей критике:

  1. Выполняя низкооплачиваемую работу, в данном случае шитье палаток, как апостол, Павел унижал самого себя в глазах людей. Греки считали, что для философа унизительно работать руками, либо быть странствующим учителем. Павел спрашивает их, согрешил ли он, поступая так. Унижая себя, он вел их к Евангелию, которое поднимало их, или возвышало их над их старой мирской жизнью.
  2. Он говорит им, что причинял «издержки» другим церквям, принимая от них поддержку, чтобы послужить коринфянам. В другом переводе вместо слов «причинять издержки» используется слово «лишать», это довольно сильное слово, употребляемое для объяснения того, что делают солдаты в городе, после того как он только что был захвачен. Даже когда Павел был в Коринфе, и действительно нуждался, он никогда не просил их о помощи, потому, что его нужды восполняли «братья», пришедшие из Македонии—в основном из Филипп (Фил 1:5; 4:10, 14–18).
  3. Некоторые заявляли, что Павел отказывался от платы, потому, что не любит коринфян, несмотря на все, что он говорит. В ответ на данные обвинения, Павел объясняет свою позицию. Он ни в каком отношении не хочет быть обузой для коринфян. Но для этого есть и другая причина. Он хочет поставить под сомнение заявление своих оппонентов, которые говорят, что служат Господу так же, как и Павел. (ст.12).

Наступил час показать коринфянам, кто, на самом деле, были эти люди—«лжеапостолы, лукавые делатели, принимающие вид Апостолов Христовых». Они были поддельными апостолами, которые обманули тех, кто был доверчив и неопытен. «Если сам сатана принимает вид Ангела света, не удивительно, что «служители его будут принимать вид служителей правды». Другими словами, нет ничего удивительного в том, что можно найти в христианском руководстве тех, кого поставил туда сатана. Павел рассмотрел все противления истинному Евангелию идущие от самого сатаны, чьей целью является исказить истину и таким образом извратить Евангелие.